marinaizminska (marinaizminska) wrote,
marinaizminska
marinaizminska

Вор

Вор.

Эта история прислана из одного подмосковного городка Т., где и происходили описываемые события.
«С самого детства — а это были времена СССР — я считал, что ходить ежедневно на работу и сидеть там до полуночи — дело неблагодарное. Нелюбовь к работе, возможно, возникла из-за того, что родителям постоянно приходилось зарабатывать на кусок хлеба и я их по полгода не видел дома. Мне приходилось жить с бабушкой, которая совсем не уделяла мне внимания, а все время ходила к подругам «на кофе». Школу по большей части прогуливал, а учителям врал, что некому смотреть за моей больной бабулькой. Бабушка всегда оставляла мне немного денег, но считала, что раз я не работаю, то и давать мне больше чем 20-30 копеек не стоит. Скандалы из-за денег у нас были как по расписанию. Когда приезжали родители, она тут же половину заработанного у них отбирала. Меня это все страшно злило, но что тогда я мог сделать? Так как мне нужны были карманные деньги, я начал промышлять на местном ж/д узле: разгружал товарные вагоны. Многие из ребят просто «ломались» и возвращались к привычному образу жизни. Мне же, хотя и было очень тяжело, деваться было некуда. Так продолжалось до тех пор, пока мы не узнали, что нас обманывают на деньги. Мой «напарник», с которым мы разгружали вагоны (мне тогда было 10, ему 14 лет), решил, что надо за это ограбить бригадира, как он тогда сказал, «надо забрать свои деньги». Недолго думая, мы ночью залезли к нему в кабинет и, сломав замок в столе, украли около пятисот рублей. А потом сели на поезд и уехали.
Мне, конечно, нелегко было знать, что мы тогда проматывали чужие, украденные деньги, сказывалось нормальное воспитание. Но та райская жизнь, когда мы могли позволить покупать себе все, что захочется, начисто заглушала ощущение вины. Наша счастливая жизнь закончилась через две недели: нас словила милиция и вернула домой. К тому же мы должны были вернуть бригадиру в четыре раза больше, чем взяли. Узнав об этом, моя бабка, ни слова не говоря, достала из шкафа деньги и отнесла в милицию. Дело, конечно, быстро замяли. А вернувшись из отделения, избила меня так, что я думал, «скорая» до больницы не довезет. Черенком от лопаты у меня были переломаны руки и ноги, несколько ребер, и образовалась большая гематома на голове. Как не случилось сотрясения — сам не знаю. В больнице я пролежал около года, восстанавливался с таким трудом, что даже врачи не верили, что я выздоровею. Ко мне никто не ходил, родителям было сказано, что я сам «влез».
Однажды ко мне в палату положили нового соседа, руки у которого были сплошь покрытые татуировками. Не знаю почему, но мы с ним сразу нашли общий язык. Обычно, когда медсестра сообщала «новобранцам» причину моего пребывания (бабка постаралась), многие резко прекращали со мной отношения. А новый сосед не отвернулся от меня, даже потребовал доказать. Конечно, вел он себя со всеми вызывающе.
Когда мы с ним познакомились ближе, я рассказал, что попал в эту палату по вине своей бабки, и подробно описал ситуацию. А также, уже как с другом, поделился своей мечтой — иметь много денег и не работать. Разве что воровать, как прежде, не могу — воспитание не позволяет.
Спустя четырнадцать месяцев, когда меня, наконец, готовили к выписке, в палату заявилась моя бабка. Она «вспомнила», что у меня, оказывается, прошел день рождения, и решила меня «поздравить»: принесла мне 100 рублей — большие по тем временам деньги. Однако причина ее визита была в другом: сменился старый начальник милиции, ее одноклассник, а новый, желая скорейшего повышения, туже поднял все старые дела, нашел в сейфе мое дело и сообщил в Москву. За бабку тогда взялись серьезно — грозило лет восемь, вот она и пришла со мной договориться. Естественно, я ее отправил в известном направлении, потребовав больше не появляться тут. Она разозлилась, начала орать как резаная. И била меня костылем, пока мой сосед не отшвырнул ее в угол. Уже уходя, она злобно прошипела, что «родители как жили, так и сдохли, как собаки, и меня ждет такая же участь»... Как оказалось, моих родителей не стало полгода назад — их на скользкой улице сбила машина, — но никто мне об этом не сказал. Той ночью, сделав петлю из простыни, я попытался повеситься. Но вот Васек, мой сосед, не дал мне этого сделать.
— Ты, — говорит, — совсем дурак, вместо того чтобы отомстить, сам в петлю полез. Айда завтра ко мне в деревню.
Поскольку идти мне было некуда, я согласился.
Еще на вокзале возникла проблема с билетами: денег-то у нас не было ни копейки. Тогда Васек посоветовал мне немного подождать и куда-то исчез. Появился он минут через десять с полными карманами денег, а на вокзале началась паника. Многие хватились своих кошельков и билетов, которые теперь были у нас. Мы сели в поезд и поехали, но я очень сильно разозлился на Васю: он украл, а пережить второго привода в милицию я бы уже не смог.
В деревне нас встретила его тетка — добрая хорошая женщина, к которой я привязался. Деньги, украденные на вокзале, Васек разделил пополам — вышло около тысячи еще тех, советских рублей на каждого, что позволило
нам почти полгода жить припеваючи. Когда деньги кончились, надо было искать на что жить. И Васек снова отправился «на дело». Меня поражало, что он всегда был спокоен: его не волновало, что могут хватиться украденного, что его арестуют. Когда я его достал своими проблемами — воровать у меня не получалось, а просить помощи у тетки было стыдно, — он и посоветовал мне сходить к старой грузинке, которая сможет решить мои проблемы.
Ну, я и пошел. Бабка встретила меня как самого дорогого гостя — напоила, накормила. И говорит:
— Знаю, зачем пришел. Решим проблему и легко! Я вот тебе дам один стишок, наизусть его выучи, а захочешь чего без спросу взять, так просто прочти про себя, да бери, что душе угодно — никто и не хватится. Все понял? Ну, ступай. Да не забудь, как первый раз возьмешь чего, так мне половина причитается...
Маялся я так около недели, потом, как говорится, «приперло», и я все же пошел на дело. Присмотрев, когда в местном сельпо самая большая выручка за день, я улучил момент и забрал все деньги. После того как я прочитал этот «стишок», я был настолько спокоен, что сам удивился. Через пару дней, когда милиция приехала за нашей соседкой — заведующей этим магазином отправиться к грузинке и отдать ей 450 рублей — как раз половину «выручки». Бабка обрадовалась:
— Молодец, что объявился, я уж беспокоиться начала. Только вот еще что: как будешь брать чего, смотри — последнее не бери, а то Бог обидится.
Не придав значения этим словам, я уже на всех парах бежал к своему другу. У меня появилась мысль забрать деньги у моей родной бабки. Что, собственно, через пару дней мы и осуществили. Забравшись в свою квартиру, я довольно быстро нашел, где она прятала деньги моих родителей, и полностью забрал все, около сорока тысяч рублей. Не особо ее жалея, я выгреб все ее заначки и ценности, какие были в доме, и ушел. А вот Васек в этом случае повел себя очень странно. Он не потребовал половину, как обычно, а только тысячу рублей, сославшись на то, что это деньги моих родителей. После этого мы отправились в Москву, где у моего друга был знакомый, у которого мы и остановились. Именно там я постиг все остальные премудрости криминальной науки. И, конечно, я не забывал о своей «профессии», удачно полученной из рук старой грузинки, но только по необходимости... А деньги родителей, по совету своих друзей, я берег. Когда мне исполнилось шестнадцать лет и я получил паспорт, то положил эти деньги в сберкассу, чтобы через пару лет ими воспользоваться. Но не пришлось. В стране началась знаменитая на весь мир перестройка. Я потерял деньги родителей. Спасло меня тогда то, что я, как и прежде, продолжал воровать, но от злости, уже не разбирая, что у кого — хотя колдунья меня и предупреждала. «Методика» в любом случае работала безотказно. И вскоре уже с новыми друзьями мы организовали в Москве несколько фирм, через которые проходило много чего интересного...
А потом пришли «сумасшедшие 90-е». Многих из нашей компании поубивали конкуренты. Мне самому несколько раз приходилось скрываться и за границей. Однажды с помощью своего «секрета» мне удалось украсть со стола одной из крупнейших конкурирующих фирм важную документацию. Их руководство посчитало, что это дело рук своих людей, и они перестреляли почти половину менеджеров и их семьи. А вскоре с нашей «помощью» пошли ко дну. Я же про-должал решать вопросы при помощи «подарка», что мне всегда удавалось.
Однако где-то в 2001 году я начал замечать, что со мной творится что-то неладное. Сильно ухудшилось здоровье, причем не помогали никакие суперметоды. Да и дела пошли неважно. Уже через полгода я вообще превратился в инвалида, хоть на пенсию оформляйся, я осознавал, что начинаю умирать. Это в 42 года-то! Но обращение к разным «светилам» медицины, а потом — к целителям и экстрасенсам результата не давало. Как будто кто-то невидимый медленно, но верно перекрывал мне жизненные пути. Вот тогда я и испугался по-настоящему. И с удвоенной силой принялся искать спасения. Связи со своим «учителем» я уже давно потерял, а уж с той бабкой, подарившей мне секрет, и подавно. Хотя подсознательно понимал, что они могли бы мне помочь и в этот раз. В общем, лихорадочные поиски привели меня в одну подмосковную деревеньку в четыре хаты, до которой я с трудом добрался даже на своем джипе. Там я и познакомился с Ивановной — пожилой женщиной, чем-то напомнившей мне тетку Васи.
— Ты, — говорит, — сам виноват, что довел себя до этого. Тебя же тогда предупреждали — не бери последнего!
Я возразил, что воровали все тогда, но вот почему-то умираю теперь только один я — несправедливо как-то...
— Вор, как и любой тут живущий, выполняет то, что Богу угодно. Раз у кого-то украдено — значит, так и надо было. А вот брать последнее, как это делал ты, да еще и с помощью секрета, — грех большой даже для вора. Вот ты и наказан теперь. Да еще и в следующей жизни ой как натерпишься. И поделом тебе за проделки твои! Даже те, кто от нужды вором становится, не берут последнего...
Вскоре после этой встречи я уехал за границу, где тщетно пытаюсь восстановить здоровье...»
Ян Чёрный, "Однако, жизнь!"
Tags: Странные истории
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments