marinaizminska (marinaizminska) wrote,
marinaizminska
marinaizminska

Category:

Рождественская история (из серии "Странные истории")

Рождественская история.


История рассказана пенсионером Иваном Сергеевичем (имя изменено), жителем города Наровля.
«Эти события, которые изменили многие мои взгляды на жизнь, произошли в 1993 году.
В тот день, как сейчас помню, поехал я в деревню к теще — кабана колоть. И надо же было такому произойти, что, разделывая тушу, я промахнулся и серьезно ранил себя топором. Удар пришелся по ноге, и через мгновение она была уже вся в крови. Несмотря на то, что рана была глубокой, от больницы и от вызова скорой я тогда отказался. И, наскоро промыв рану водой и перевязав ее, я продолжил работу. К вечеру я еле передвигался: нога сильно распухла и воспалилась, а боль была такой, словно меня пытали раскаленным железом... Ночь прошла в страшных мучениях. К пяти утра опухла нога до самого паха и перестала сгибаться в колене. Самостоятельно стать я не мог. Проблемой было даже пойти на кухню и налить себе чаю, не говоря уже обо всем остальном...
Жене, которая за эту ночь вымоталась не меньше меня самого, вызвала скорую — меня забрали в больницу. Когда меня осмотрел наш хирург, он поставил диагноз, который оказался не то чтобы неутешительным — жутким! У меня началось сильное заражение. Но поскольку на действие лекарств в таких случаях требуется время, врач прописал мне антибиотики, сделал много уколов и определил в палату, где я и пробыл целую неделю. Но видимых улучшений так и не появилось. Я все также мучился от ужасной боли, а опухоль ни на йоту не уменьшалась. От постоянного недосыпа я стал злой и раздражительный, начал ссориться с женой, с которой прожил душа в душу почти тридцать лет. Первая ссора произошла из-за того, что в один из дней она мне принесла и поставила на тумбочку маленькую иконку. Я ж всегда партийный был и до некоторого времени считал все эти вещи очередным модным и, что греха таить, глупым увлечением, не более того.
Так, наверное бы, и умер в той палате, брошенный всеми, если бы не события, произошедшие в одну из ночей... Продержав меня десять дней и не увидев никаких улучшений, врач отправил меня в Гомельскую больницу. Там, сделав все анализы, медики пришли в ужас. Как оказалось, у меня не только было заражение тканей, инфекция, но и началась гангрена! Врачи сказали, что если в течение недели не наступят какие-либо улучшения от антибиотиков, то мне прямая дорога к хирургу. Иными словами, мне собирались отрезать ногу аж до самого бедра! Эти пять дней казались мне вечностью, боль в ноге не утихала, и я стал готовить себя к худшему... И вот в последний день срока, вечером, пришел ко мне в палату мой врач. Он принес мне в подарок стеклянный шарик — елочную игрушку, — которую положил на тумбочку. Вид у врача был явно озабоченным. Он рассказал мне, как обстоят дела с моей ногой. Как выяснилось, анализы были слишком плохими. Так что он не исключал возможность, что я могу не выжить после операции. Но большого выбора у меня не было: если бы я отказался, то мог бы скоро умереть от нервного истощения. Когда врач ушел, в палату вошла жена, которая поздравила меня с Рождеством, было шестое января, и... снова поставила на тумбочку иконку. На этот раз мне было совершенно наплевать, что она принесла, и сил возражать, а тем более спорить с ней, у меня не было...
Когда жена ушла, мне стало по-настоящему страшно В палате я лежал один, а в больнице было так тихо, словно все вымерли. Завтра был выходной, и дежурить должны были только те, кто делает срочную операцию, например, такую как мою. За время, пока я лежал в темноте, глядя в потолок, передо мной пронеслась вся моя жизнь. И ругал я себя за свою глупость по-всякому. Было очень страшно осознавать, что завтра все может закончиться. А если и нет, то до конца своих дней мне суждено быть калекой — такая альтернатива меня тоже не подбадривала... Мне действительно было жутко! У меня не было ни малейшего шанса на возвращение к нормальной жизни. Размышляя об этом, я вспомнил про иконку, стоящую на тумбочке. Не знаю почему, но глядя на едва освещаемую светом уличных фонарей иконку, я стал мысленно обращаться к ней: «Если ты такой всемогущий помоги мне, и не заметил, как уснул...
Очнулся я, когда ощутил рядом чье-то присутствие. Я открыл глаза и увидел молодого человека, от которого прямо веяло здоровьем и силой. Он знаком предложил мне следовать за ним — я подчинился. И мы пошли по странным лестницам и переходам, стены которых освещались изнутри приятным светом. Через мгновение мы оказались в большом помещении, где было много народа. Причем, как ни странно, многие из присутствующих мне показались знакомыми. Вдруг из ниоткуда появился стол, на котором начали появляться разнообразные блюда.
— Здравствуй, наш младший брат! — все начали обращать на меня внимание и здороваться, как будто они меня знали всю жизнь!
Заигала музыка, создавая праздничное настроение. Отчего я совсем растерялся и стал спрашивать, что же такое происходит?
— Разве ты не знаешь, — удивились мои собеседники, — сегодня радуются небеса!
И пока я пытался понять, что же все-таки происходит, в комнате появился... Иисус. (Именно его изображение было
на иконке.) Он тоже поприветствовал всех и сел за стол. Но не во главе его, а сбоку — как все. Затем он обратился прямо ко мне:
— Зачем пожаловал, мой младший брат? Ты хотел видеть меня — я пред тобой. Знаю, тебе нужна моя помощь. Но готов ли ты принять ее от меня? Не бойся — никто не упрекнет тебя...
Я совсем растерялся, а Иисус продолжал:
— Я помогу тебе вспомнить.
И на стене, куда все устремили свои взоры, появилось изображение, наподобие тех, что мы видим на экране кинотеатра, только качество на порядок выше. Сначала появилось изображение палаты, где я ссорюсь с женой и сбрасываю с тумбочки иконку. Потом — гомельской палаты, где я, лежа в постели в темноте, прошу помощи... От такого «напоминания», я готов был провалиться. Но тем не менее, не увидел ни одного осуждающего взгляда или ухмылки.
— Я не ругаю тебя, брат мой. Ты сам ругаешь себя. Я рад, что ты все понял. А значит, тебе стало легче. А теперь раздели со мной этот хлеб...
И через секунду в его пустых протянутых ладонях появился большой каравай, который он тут (же разделил на всех, мне первому отломив большой кусок. Самым интересным в этом каравае было то, что, сколько бы от него не отламывали, его не становилось меньше! И когда у каждого в руке было уже по куску, Иисус положил к остальным блюдам... целый хлеб!
Усадив меня за стол, он сам налил мне какой-то напиток и подвинул чашу с рисом. Естественно, что я стал искать взглядом что-нибудь мясное, есть очень хотелось. Словно прочитав мои мысли, мой сосед произнес:
— Нехорошо, брат, есть себе подобных... И я снова принялся за рис. Когда трапеза была окончена, Иисус произнес:
— Пора прощаться, брат. А если я тебе буду нужен, ты знаешь, как позвать меня. Твое желание уже исполнено.
Он пожал мне руку и... я проснулся, Настроение было замечательным, я поневоле заулыбался. Боль, до этого выматывавшая меня сутки напролет, почти исчезла, были небольшие, но не слишком беспокоящие меня, отголоски. Но самое интересное началось, когда пришла медсестра, чтобы подготовить меня к операции. Ее реакция была более чем странной. Посмотрев на мою ногу, она выбежала из палаты и не появлялась несколько часов, хотя, по моим расчетам, время операции уже давно прошло... Вернулась она вместе с моим лечащим врачом только к вечеру, когда за окном стало смеркаться. Они снова осмотрели мою ногу, сделали себе кое-какие пометки и ушли. Я же впервые за эти несколько недель захотел есть. Причем, как это ни странно, от мяса отказался. Не знаю почему, но тот момент из моего сна очень часто появляется у меня перед глазами.
В последствии, пока я лежал в больнице мне часто снились те люди, с которыми я делил трапезу в рождественскую ночь. Причем шла сильнейшая перестройка моего сознания. Многие из тех ценностей, за которые я раньше был готов стоять насмерть, утратили для меня свое значение. Будучи отъявленным материалистом, я не смог найти правдоподобное объяснение произошедшему, хотя — честно признаюсь — очень старался. И на первых порах мое сознание отчаянно сопротивлялось, не в силах поверить в очевидное. Еще бы! Утром того дня анализы показали полное отсутствие гангрены, а сама опухоль была в два раза меньше! Чем не чудеса! Но на этом чудеса не закончились. Из больницы я вышел... Нет, не вышел — выбежал, на своих ногах, причем это было 2 февраля: не прошло даже месяца, как я был полностью здоров. А жена, встречая меня у входа в больницу, ахнула: — Да ты помолодел никак!!! И точно — уже дома, посмотрев на себя в зеркало, я заметил, что выгляжу лет на десять моложе, чем тогда, когда попал в больницу. Накануне выписки мне снова приснился Иисус. Его поведение и настроение говорило о том, что он очень рад за меня. Пожав мою руку, он пожелал мне удачи...
На этом все могло бы закончиться, если бы не одно обстоятельство. Погрузившись в суету повседневных дел, я почти забыл о произошедшем в больнице, пока однажды вечером, разговаривая с женой, мы не затронули тему моего выздоровления. Тогда я и рассказал ей о моей встрече с Иисусом. Но моя супруга почему-то не удивилась моему рассказу, наоборот, посоветовала сходить в церковь и поставить свечку за свое исцеление. И вообще, для меня это был вечер больших откровений. Оказывается, мои жена и теща всегда были глубоко верующими людьми. И все это время, прямом смысле умирал в больнице, они просили Бога о моём исцелении.
Спустя несколько дней я отправился в ближайшую церковь. И хотя в глубине души я не слишком жаловал такие мероприятия, шел я туда вполне сознательно. Войдя в храм, я ощутил небывалое спокойствие и умиротворенность, Когда я стоял в полупустом помещении и разглядывал лики на иконах, меня вдруг прошиб холодный пот — с них на меня смотрели те, с кем я делил праздничную трапезу в ту памятную ночь! Я узнал не только Иисуса, но и Николая Чудотворца, Серафима Саровского и еще несколько известных верующим ликов! Не знаю, сколько бы я там простоял, но из транса меня вывел голос подошедшего батюшки, который сообщил мне, что я так уже стою шестой час. Он поинтересовался, все ли со мной хорошо? Мне, конечно, в тот момент сильно хотелось рассказать ему свою историю. Но даже в то время, когда о таких вещах стали говорить более открыто, у меня внутри все равно был какой-то тормоз, не позволяющий этого сделать. Мне казалось, что даже он — человек верующий и знающий о подобных чудесах — может принять меня за сумасшедшего...
Только сейчас обстоятельства сложились так, что я могу без особых проблем, ничего не опасаясь, рассказать вам эту историю. И прошу не забывать, что произошла она именно на Рождество, на праздник, который я не хотел признавать...» Ян Чёрный "Однако, жизнь!"
Tags: Странные истории
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments